ОБ АВТОРЕ

Журналист-международник.

Магистр Школы журналистики Колумбийского университета (Нью-Йорк), специализация "политическая журналистика".  (2011).

Выпускница факультета журналистики Белорусского государственного университета (2003).

Редактор приложения "Европейский вектор" еженедельника "Белорусы и рынок". Сотрудничала с Европейским радио для Беларуси (Еврорадио).

Ментор в программе "Медиасоседство", реализованной конcорциумом под управлением BBC Media Action

Член Белорусской ассоциации журналистов.

Вы здесь

Если вы не можете защитить своих корреспондентов, не посылайте их на войну

Интервью

Джим Фиш – бывший корреспондент Би-би-си, более 20 лет проработавший в «горячих точках» на Балканах,  в Африке, на Ближнем Востоке, на Кавказе и в Индонезии. В настоящее время Джим является ведущим тренером программы «Медийное Соседство», реализуемой консорциумом под управлением BBC Media Action.

В интервью «Медиакритике» Джим Фиш рассказывает о правилах профессии и о том, какую защиту военным корреспондентам предоставляют в Великобритании. 

- Российская Дума собирается принять закон, согласно которому СМИ под угрозой закрытия будут обязаны страховать жизнь и здоровье корреспондентов, работающих в «горячих точках». Кроме того, СМИ обяжут предоставлять сотрудникам специализированные тренинги и средства защиты. Как вы относитесь к такой инициативе? Существует ли что-то подобное в Великобритании?  

- Во время моей работы корреспондентом Би-би-си редакция всегда автоматически обеспечивала своих штатных корреспондентов тренингами, средствами защиты и медицинской страховкой.  Однако страхование жизни всегда было на совести самих корреспондентов. В целом в Великобритании такие работодатели как Би-би-си не выкупают корреспондентам страховку на жизнь, но вместо этого у них есть политика выплаты компенсации за смерть любого корреспондента при исполнении им рабочих обязанностей. Сумма этой выплаты зависит от стажа работы на Би-би-си и ряда других условий. В любом случае, Би-би-си всегда выплачивает определенную сумму за любого сотрудника, который был убит, работая на компанию.

- Требует ли этого от Би-би-си законодательство? Почему компания проявляет такую щедрость по отношению к военным корреспондентам?

- Насколько мне известно, по закону ничего подобного от медиа-организаций не требуется. Однако каждая редакция следует своему Кодексу журналистской этики. В Королевской Хартии, на основании которой работает Би-би-си, говорится, что компания обязана заботиться обо всех своих сотрудниках, где бы они ни находились, и особенно о корреспондентах, редакторах и операторах, работающих за рубежом и в «горячих точках».  Забота о сотрудниках – это моральное обязательство, а не правовое, и почти все известные мне СМИ в Великобритании берут на себя это обязательство.

Фото medianeighbourhood.eu

- А что вы думаете о законодательной инициативе обязать СМИ предоставлять такую защиту? Следует ли миру поучиться у России и принять подобные законы или же лучше оставить регулирование этого вопроса журналистским организациям и Кодексам этики?

- Хороший вопрос. Если в законе будет написано, что от медиа-организаций требуется предоставлять «всю необходимую защиту и помощь» своим сотрудникам, особенно работающим в зоне военных конфликтов, то это может расцениваться только как прогрессивная мера. Однако такая обязанность может оказаться слишком финансово отягощающей для небольших СМИ, которые не смогут высылать своих корреспондентов в «горячие точки», что было бы печально. Но все же самое главное – это обеспечить, насколько это возможно, безопасность труда репортеров, редакторов и операторов, даже на войне. Поэтому если вы не можете должным образом защитить своих корреспондентов и обеспечить их тренингами, то лучше не посылайте их туда вообще.

- Насколько в Великобритании защищаются права фрилансеров? СМИ по всему миру при освещении военных действий все чаще прибегают к услугам местных фрилансеров, рискующих собственной жизнью за свой счет, и точно так же могут поступить российские редакции.

- Фрилансеры всегда были защищены хуже штатных корреспондентов. В Би-би-си в последние годы ситуация улучшилась, потому что в компании начали понимать, что фрилансеры и стрингеры часто делают для Би-би-си самую опасную работу, работают на передовой, многих из них ранят или убивают. Поэтому, насколько я знаю, сейчас в условиях приема на работу Би-би-си говорится, что любой журналист, работающий на компанию в военной зоне в качестве фрилансера или контрактника, должен получить такую же защиту, как и штатный сотрудник. Другие СМИ также стараются улучшить положение фрилансеров, однако проблема заключается в том, что многие из них не обладают такими мощными человеческими и финансовыми ресурсами и таким хорошим доступом к тренингам, как Би-би-си.

- … Что только подчеркивает проблематичность принятия такого закона в России и других странах, где у редакций негосударственных СМИ еще меньше ресурсов.

- Совершенно верно.

- Вы упомянули о специальных тренингах, которые организует для своих военных корреспондентов Би-би-си. Участвовали ли вы в таких тренингах?

- Да, конечно.  Корреспонденты Би-би-си, работающие в «горячих точках», обязаны проходить интенсивный тренинг по работе в зоне военных действий каждые три года. Это довольно суровый тренинг, который обычно проходит при содействии армии, на какой-нибудь военной базе, где бывшие или действующие военные создают для журналистов симуляцию реальных боевых действий. Сначала вам читают лекции в аудитории, а затем вы покидаете аудиторию и попадаете в ситуацию учебного боя, который благодаря военным выглядит чрезвычайно реалистичным и уcтрашающим. Вам нужно применять на практике все, чему вас только что научили: обеспечивать свою безопасность и безопасность своих коллег.

- Помогают ли эти тренинги в условиях реального военного конфликта? Легко ли вам было перенести опыт из учебной ситуации в реальность – например, когда вы работали на Би-би-си в Югославии в конце 80-х?

- На самом деле, в Югославии я был абсолютно не подготовленным к работе в «горячих точках» фрилансером. Я не проходил никаких тренингов, у меня не было средств защиты – ни бронежилета, ни шлема, ничего. И именно в такой ситуации я сначала испытал на себе действие слезоточивого газа, а затем несколько раз попал под обстрел в зоне боевых действий.

Только с начала 90-х Би-би-си начала предоставлять тренинги и средства защиты более широкому кругу корреспондентов. В результате на свой первый тренинг я попал с определенным опытом: я уже знал, как защитить себя в условиях боя. Хотя, может, мне просто повезло.

Но на самом деле, тренинг мне очень помог, потому что благодаря ему я узнал об угрозах не только лично для меня, но и для моих коллег по съемочной группе. На тренингах нас учат всегда быть одной командой и заботиться о безопасности друг друга. Каждый заботится о безопасности каждого. Это очень важный навык.

Кроме того, тренинги вырабатывают привычку постоянно оценивать все возможные риски и угрозы. Вам как будто ставят антенну на макушку, которая все время ловит малейшие сигналы, свидетельствующие о возможной угрозе. Вы постоянно оцениваете окружающую обстановку: людей, местность, транспортные средства, пути отхода…  вслушиваетесь в звуки. На тренинге учат быть гиперчувствительными к своему окружению. Этому нужно учиться, так просто эти навыки не приобретешь.

Полученные на тренингах знания особенно пригодились мне во время освещения израильско-палестинского конфликта, Второй Интифады, в начале 2000-х. Мы постоянно освещали стычки, столкновения между палестинскими и израильскими силами, и иногда оператору приходилось очень близко подходить к линии фронта или даже переходить с одной стороны на другую. Именно тогда для меня было очень важно понимать, что корреспондент отвечает за безопасность своего оператора, а также своего продюсера. Это очень сложно, но тренинг помог мне быть постоянно начеку, следить за ситуацией и обеспечивать не только собственную безопасность, но и безопасность всей съемочной группы.

Фото medianeighbourhood.eu

Работая в «горячей точке», должен ли журналист всегда оставаться безучастным сторонним наблюдателем или существуют ситуации, при которых вы можете вмешаться? Например, чтобы спасти чью-то жизнь, оказать помощь раненому?

Журналисты, менеджмент и тренеры Би-би-си постоянно обсуждают этот вопрос во время тренингов по безопасности. Главное правило, которое нужно соблюдать всегда, –  это обеспечение собственной безопасности и безопасности своих коллег.

Если помощь кому-то не из вашей группы сопряжена с риском, вам следует подумать, что случится, если вас самого в процессе оказания помощи ранят или убьют, не навредите ли вы остальным коллегам. Так что, боюсь, вам придется стать очень эгоистичным – если не ради себя, то как минимум ради своих коллег. Нельзя подвергаться риску быть раненным только потому, что вы хотите кому-то помочь, если только этот «кто-то» - не ваш близкий коллега. Если вы можете помочь гражданскому лицу, например, унести раненого из зоны боя без того, чтобы подвергнуться серьезному риску, тогда, конечно, оказывать помощь разрешается. Но в подавляющем большинстве случаев вы только ухудшите ситуацию для себя и своих коллег, подвергая себя неоправданному риску.

Насколько я знаю, сейчас вы работаете в качестве тренера с журналистами из 17 стран-соседей Евросоюза. Многие участники этих тренингов представляют страны, которые либо недавно пережили вооруженный конфликт, либо находятся в состоянии активной или «замороженной», «гибридной» войны. Влияет ли это на их подход к стандартам профессии, к понятию объективности, баланса, беспристрастности, даже если они сами не освещают военные действия?

Работать профессионально в таких ситуациях становится очень сложно. Би-би-си старается соблюдать принцип баланса при освещении любых тем, и именно этому мы учим участников наших тренингов. Вашим главным достоинством является ваша достоверность и надежность, ваша честность. Если аудитория посчитает, что вы встали на сторону одного из участников конфликта, это нанесет урон вашей репутации. Те, кто поддерживает другую сторону, больше не будут верить вашим репортажам.

Тем не менее, я помню ваш спор с украинскими коллегами, которые утверждали, что они не становятся на сторону ни одного из участников конфликта, но защищали свое право называть сепаратистов «террористами».

Мы в Би-би-си никогда не называли бы их «террористами» и я никому не советую так делать. Слово «террорист» уже предполагает, что вы предвзято относитесь к тому или иному человеку. Мы стараемся избегать оценочных суждений, не навешивать ярлыков ни на одну из сторон – просто потому, что это влияет на нашу достоверность, честность и сбалансированность. Поэтому если только это возможно, я советую не употреблять слово «террорист» вообще, чтобы вас не воспринимали предвзято.

Как вы думаете, каждому ли под силу быть военным корреспондентом? Достаточно ли пройти специальный тренинг или же нужно иметь какие-то особые качества, например, уметь легко дистанцироваться от ситуации?

Я думаю, что нужно всего понемногу. Можно быть хорошим военным корреспондентом и без специальных тренингов, но тренинги помогают вам лучше осознавать угрозы и быть более ответственным, улучшают вашу способность оценивать риски.

Парадокс военной журналистики заключается в том, что лучшими военными корреспондентами становятся те, кто находится ближе всего к месту событий. Но если вы вовлечены в ситуацию, не вредит ли это вашей беспристрастности? Вас почти наверняка будут воспринимать как участника конфликта из-за вашей близости к той или иной стороне.

Добиться баланса очень нелегко. Обычно чем дольше вы работаете, чем больше опыта получаете, чем дольше вам удается выжить на войне, тем лучше у вас получается найти этот баланс. 

Оценить материал:
5
Средняя: 5 (1 оценка)
распечатать Обсудить в: