ОБ АВТОРЕ

Журналист, обозреватель, специалист в области Public Relations.

Окончил биофак БГУ. Карьеру журналиста начал в 1995 году в журнале «Дело». Cотрудничал с «Белорусской деловой газетой» до ее закрытия, газетой «Московский комсомолец в Белоруссии», «Бизнес-леди», «Финансовый директор», «Детективной газетой», порталом BEL.BIZ, информационным агетством «Интерфакс».

Был собкором в Беларуси российского информагентства Stringer. Занимал должность заместителя директора радиостанции «Сталіца».

Работал PR-менеджером в «Международной финансовой корпорации» (IFC).

С весны 2010 года – собственный корреспондент в Беларуси российского федерального издания «Газета.Ru».

С января 2013 года – снова работает в БДГ (теперь под брендом «БДГ Деловая газета»).

Вы здесь

Айдар Бурибаев: Даже если исход выборов предопределен, игнорировать событие нельзя

Интервью

В год президентских выборов – а в Беларуси они пройдут 15 ноября – мы решили сделать несколько интервью с российскими коллегами. Поговорить с ними о том, какой они видят роль журналиста в избирательном процессе в постсоветских странах.

Наш первый собеседник – основатель и редактор проекта Medialeaks Айдар Бурибаев. Ранее Айдар возглавлял отдел новостей в «Газета.Ru», работал также в «Русский Newsweek» и Reuters.

- Как ты думаешь, насколько в постсоветских странах журналисты вообще способны влиять на выборы? Особенно когда мы видим одного президента на все времена (Лукашенко, Назарбаев), или передачу власти по семейной линии (Алиев). Какой может быть роль журналистов в такой ситуации?

- Я считаю, роль журналистов крайне велика. Причем в 2011 году в России я буквально физически ощущал – тогда были выборы в Госдуму – эту мощь СМИ. То есть роль журналистов была просто предельно велика. Понятно, что выборы организуются и проводятся конкретными людьми, которые решают: кто будет выбирать, по каким правилам и т. д. Но общество оказывается окончательным судьей. И отношение к этим выборам, к самому их процессу, максимально определяют СМИ, журналисты.

В 2011 году еще за месяц до выборов был просто ажиотажный спрос на политическую информацию. Все ожидали, что выборы пройдут как обычно, а они прошли совершенно иначе. И следствием стали та же Болотная, прочие акции протеста. Вспомни, какие были скандалы, когда Екатерина Винокурова и Илья Азар рассказывали в своих статьях, как они участвовали в каких-то каруселях. Это была тема №1. И я видел, что именно журналисты и крупные блоггеры определяют отношение людей к выборам.

- А позже, когда были выборы президента, это повторилось?

- А вот когда были выборы президента – в марте 2012-го – все было тихо и спокойно. Это вообще удивительная история. Была тишь, да гладь, да божья благодать. Просто тихо. Дело в том, что к тому времени практически все федеральные СМИ получили сигналы из Кремля. Так что это была организованная тишина. К тому времени уже была история с отставкой главного редактора журнала «Коммерсант-Власть», которая всех шокировала. Началось то, что потом назвали «звенья гребанной цепи». «Газету.Ru» тогда «почистили» максимально… И все все поняли. Все медиа-менеджеры получили соответствующие предупреждения.

Тем не менее, сегодня влияние масс-медиа на общество – максимальное. Но мы должны понимать, что СМИ на нашем постсоветском пространстве находятся под столь же сильным влиянием государства – в той же степени, в какой они сами влияют на общество. Я не знаю, как в Беларуси, но в России под этим влиянием находятся даже самые независимые издания.

- Ну а после выборов 2012 года в России произошли какие-то изменения во взаимоотношениях медиа и власти?

- Прессинг продолжился. И он не встретил никакого сопротивления со стороны владельцев СМИ. А может и встретил, но мы этого не заметили, не было видно этого. И сейчас прессинг продолжается, причем он уже добрался до тех людей, до которых он по разным причинам не мог добраться, скажем, два года назад. В результате все сегодня прекрасно понимают, что писать можно, а что писать нельзя.

- А как обстоят дела в Казахстане?

- В Казахстане все то же самое, только умноженное на три. Я боюсь говорить точно, потому что сам бываю там нечасто. Но я, конечно, наблюдаю за происходящим, и очень огорчен. Как я вижу со стороны, в Казахстане давление на СМИ наиболее жесткое среди всех стран СНГ.

- Как ты оцениваешь ситуацию с масс-медиа в Украине?

- Там СМИ, конечно, раньше были достаточно свободными. Но сегодня их такими назвать нельзя. Конечно, многие будут с этим спорить, но я уверен, что за минувший год большая часть свободы СМИ в Украине куда-то испарилась. Я сужу по тому, что все дают одну точку зрения, причем часто заведомо зная, что она неверна. Так, как это было, например, в истории с Иловайским котлом.

- В этом году в Беларуси выборы президента. Если Лукашенко их выиграет, он пойдет уже на пятый президентский срок. Что в этой ситуации могли бы сделать белорусские СМИ, чтобы выборы прошли хотя бы более честно?

- Скажи, а вот то, что происходит в Беларуси, вообще можно назвать выборами? Разве население Беларуси об этом не знает? Мне кажется, знает. В этой ситуации, когда выборов нет, а происходит их имитация, мне кажется, СМИ ничего не могут сделать. То есть в Беларуси, как и в Казахстане, люди прекрасно понимают, что происходит на самом деле. Но все равно им нужно знать о событиях. И медиа остается только выполнять свою работу – сообщать о происходящем, максимально подробно и ясно.

СМИ не могут быть координаторами общественного протеста. Они не могут брать на себя роль некого штаба или общественного института. СМИ не могут быть идеологами, не могут внушать населению какие-то определенные мысли. Они могут только рассказывать о том, что происходит. Если общественное пространство Беларуси настолько вытравлено, что там нет независимых людей, которые могут быть идеологами, вести какую-то штабную или организационную работу, то при чем тут газеты? Если, условно говоря, нет своего Махатмы Ганди, то что могут сделать СМИ?

- В таких условиях не лучше ли было бы для честных журналистов просто самоустраниться от процесса? От освещения выборов, итог которых предрешен заранее.

- Нет. Журналисты, которые начинают каким-то образом самоустраняться от освещения чего-либо, они точно не могут считаться журналистами. Если есть событие, тем более такое важное, то его в любом случае надо освещать. Игнорировать событие, делать вид, что ничего не происходит, нельзя.

Оценить материал:
5
Средняя: 5 (1 оценка)
распечатать Обсудить в: