Вы здесь

Дмитрий Раимов: «Беларусь – это прекрасная и мною любимая страна, но пока о суперсвободной журналистике там говорить нельзя»

Интервью

Более 20 встреч с известными корреспондентами и редакторами предстоит посетить тем, кто решится поступить на 4-дневный лекторий Свободной школы журналистики в ноябре 2015 года. Руководитель школы Дмитрий Раимов уверен: сейчас настало время учиться свободной журналистике.

Два года назад, покидая пенаты Института журналистики БГУ, я думала, что эти пять лет прошли почти продуктивно. Каково же было мое удивление, когда спустя несколько лет я поняла, что такое современная и адекватная альма-матер. Для тех, кому хочется вырасти в профессии, а также научиться маневрировать в узких улочках отечественной журналистики, в Киеве работает Свободная школа журналистики, медиаменеджмента и копирайтинга. Руководит ею украинский политтехнолог Дмитрий Раимов.

Почему школа журналистики должна быть свободной и как организовать образовательную программу своей мечты? Об этом и другом Mediakritika.by говорит с основателем и бессменным руководителем Свободной школы журналистики.

Юлия Алёхно (Ю.А.): Дмитрий, в одном интервью вы говорите, что, будучи ребенком, получили «свободное воспитание». Школа журналистики тоже называется «свободной», как и школа экономики (Свободная школа экономики и экономических реформ – прим. Авт.). Как вы определяете это понятие – «свободное образование»?

Дмитрий Раимов (Д.Р.):  «Свободное образование» – это, прежде всего, открытость и доступность любой информации.

Ю.А. Которое мы сейчас и имеем.

Д.Р. Действительно. Но что касается школы, у нее замысел другой. Она свободна от влияния – как от какого-то внешнего (от политических предубеждений, от идеологического воздействия), так и от моего личного. Она максимально децентрализирована, нет такого лидера, который бы принял решение, что будет именно так, в головы засаживаем это. Ни в коем случае.

Это площадка, куда одни интеллектуалы приходят делиться своими знаниями, а другие интеллектуалы хотят потребить эти знания, сделать свои выводы и построить новые идеи на некоем грунте. Сюда приходят люди, которые сами интересуются образованием – мы не заставляем вас. Наши преподаватели обладают каждый своей жизненной позицией, очень часто – диаметрально противоположными взглядами. Но человек, который сидит в зале, способен сделать выбор в пользу того или иного аргумента и отстоять свое видение.

Ю.А.  В этом году школа запускает свой 12-й «круг», верно? А сколько лет существует Свободная школа журналистики?

Д.Р. В общем школами я занимаюсь 5 лет. Первой появилась школа PolitPR (Master of Political Management – прим. Авт.), а школа журналистики – в 2012 году. За это время мы уже 12 раз собирали лекторий (Свободной школы журналистики – прим. Авт.). Раньше – по 100-110 человек. В прошлом году слушателей  стало 280, потом сразу 450, затем 550. Сейчас – 612.

Ю.А. Раз уж мы заговорили о цифрах, какой процент от этого количества составляют иностранные граждане?

Д.Р. Процентов 10. Это обусловлено современной ситуацией в экономике. В свое время было много россиян, очень много белорусов – люди прилетали отовсюду. Нынешняя ситуация напрямую отражается на кармане. Оплатить проезд в Киев, проживание, питание, лекторий – это уже немаленькая сумма. По тем же причинам стало меньше слушателей из регионов Украины. Раньше можно было говорить, что порядка 50% были слушатели из украинских регионов. Сейчас подавляющее большинство – это киевляне и те, кто здесь находится.

Ю.А. Вы говорили про Свободную школу, о ее задачах, а что насчет миссии?

Д.Р. Она формируется на ходу. Я стараюсь специально ее не формулировать. Потому что свобода от миссии тоже дает возможность для маневров и более плодотворной работы. Когда есть миссия – она уже определяет некую деятельность, это уже идеология, это уже несвобода.

Ю.А. Вы с такой же установкой приступали к созданию школы?

Д.Р. Да, установка не поменялась. Формат изменился, мы выросли значительно, поменялся и менеджмент проекта, но не замысел.

Ю.А. Расскажите, как школа создавалась? Какие были трудности?

Д.Р. Идея создания Свободной школы журналистики возникла за столом в одном из киевских кафе, за разговором с несколькими журналистами. Говорили о том, что не хватает в Украине хорошо подготовленных – реально подготовленных кадров. Новое пополнение приходит из институтов, ничего не понимая в профессии. Там они изучали какую-то массовую коммуникацию, которая вообще не понятно как с журналистикой связана. И нужно им дать информацию хотя бы о том, где собирать материал, как брать интервью – простые прикладные вещи.

Вот так и появилась школа журналистики. Так как до этого существовал PolitPR, сложности с поиском преподавателей и лекторов не возникло: все знали, что есть уже работающая школа для политтехнологов, есть имя – Раимов, и значит, это будет нормальная школа, сюда можно приходить, здесь можно читать лекции, это не шарашкина контора.

Трудности появились с революцией и с войной. У нас шли занятия как раз в то время, когда на майдане людей убивали. Это было эмоционально тяжело, особенно для студентов. С другой стороны, когда начался конфликт с Россией, появилась другая сложность (пиарщики назовут ее «имиджевой»): мол, смотрите, у нас российские журналисты читают лекции. И 19 июня (2014 года – прим. Авт.) вышла статья в газете, в которой говорилось, будто мы – ватная школа.

Можно ли назвать это сложностью? Да. Сказать, что нас это особо задевает? Нет. Но работать стало труднее. Потому что раньше о нас говорили исключительно в одном ключе: что мы молодцы, хорошее дело делаем. Теперь к звукам положительных откликов добавляется негативный шум в духе «ах, что они делают». Но меня с моим характером только подзадоривает, когда люди пишут: «Зачем вы такого лектора приглашаете?». В этот момент я уверен, что приглашать надо было точно!

Ю.А. Думали ли вы о том, чтобы делать выездные школы? И что вы посоветуете, как организовать подобные школы в других странах?

Д.Р. Свободная школа должна возникать там, где происходит общественный перелом. Это одно условие. Вторая нога, на которой она должна стоять – это общественный запрос. В Украине из-за того, что произошел общественный перелом, появился запрос. Знаете, если бы здесь было прекрасное журналистское образование, школы бы не было, в ней не было бы необходимости. Беларусь – это прекрасная и мною любимая страна, но пока о суперсвободной журналистике там говорить нельзя. Я же могу быть только внешним наблюдателем. Мне бы хотелось, чтобы в Беларуси это прошло более мирно, более спокойно и это появилось бы просто на уровне культуры и понимания, что без журналистов не будет того, что необходимо, не будет этих ушей и глаз везде.

Дух школы – это ее студенты. Вот если не интеллектуалы, которые собираются со всех частей хотя бы Восточной Европы, со всей Украины, с ближайших стран, школа была бы обычной попсой, курсами. А так это можно назвать лекторием. Самое главное здесь – это слушатель. Его идеи и его желание учиться, и его стремления. И вокруг этого стремления и идет эта вся жизнь. Если в вашей стране есть желание менять мир, нужно делать.

А тем, кто хочет открывать подобные школы, посоветую делать проект как для себя. Не просто вот, мол, давайте мы что-то сделаем, а к нам кто-то придет послушать и заплатит за это деньги. Нужно делать как для себя. Почему мы обновляем преподавателей? Потому что я слушаю их, я для себя их подбираю. Все детали важны: начиная вот от этого лектора и заканчивая стульями, которые должны стоять так и никак иначе, кофе, который должен быть вкусный и никак иначе.

Сейчас Свободная школа журналистики стала крупнейшей независимой школой в Восточной Европе, а всего для этого нужно только три составляющих: желание делать лучше, чем все остальные, делать как для себя и не слушать больше никого. Я никогда не изучал рынок школ журналистики в Украине, не смотрел, какие есть курсы, кто здесь учит, а кто не учит… Просто захотелось взять и сделать. Вроде, получилось. Хотя еще не совсем. Еще есть, куда расти, еще есть, что делать. И когда вы сможете приезжать в Киев и слушать от главреда NewYorker и заканчивая главредом какой-нибудь супертиражной индийской газеты, и вы будете знать, что здесь вы на самом деле за символические деньги можете увлекательно провести время. Вот тогда мы обыграем весь мир!

Ю.А. Что вас как создателя Свободной школы журналистики больше всего радует?

Д.Р. Когда вы встаете и хлопаете стоя (в этот момент звучат аплодисменты из зала: закончилась лекция. – прим. Авт.) – это самое приятное! Я знаю, что в этот момент вы не обременены какими-то негативными мыслями, вам подошло то, что сказал преподаватель, вас это вдохновило – и вот тогда студент встает и хлопает стоя. Это самый трогательный момент! Прошлый раз студенты на лекциях Сергея Лойко (корреспондент Los Angeles Times – прим. Авт.) и Ксюши Лукичевой (главный редактор портала AdMe.ru – прим. Авт.) просто плакали. Это безумно приятно, это значит, что попали в самое сердце – то, что и хотели. И это хоть как-то сдвинуло наш мир в положительную сторону.

Юлия Алёхно специально для Mediakritika.by

Оценить материал:
5
Средняя: 5 (1 оценка)
распечатать Обсудить в: