Вы здесь

Просто помнить – недостаточно…

Казалось бы, в стране, где в годы Великой Отечественной войны был убит каждый четвертый житель, не может быть вопросов с культурой памяти. О героической истории в этот юбилейный год говорилось особенно много. Но сколько бы слов не было сказано, очевидным остается одно: прошлое никуда не девается, а остается с нами, трансформируется в нашем сознании, напоминает, учит, предупреждает…

О том,  как жить с прошлым в настоящем, рассуждает руководитель Школы журналистики Минского международного образовательного центра имени Йоханнеса Рау Сабрина Бобовски.

Сабрина, в ноябре этого года группа белорусских журналистов при поддержке Минского международного образовательного центра и Министерства иностранных дел Германии посетила Берлин. Тема образовательной поездки «Европейская культура памяти в ХХI веке». Какая основная цель этого визита?

– В ММОЦ давно занимаются вопросами, связанными с культурой памяти, и стремятся построить диалог между белорусами и немцами про совместную историю. Поэтому наши основные задачи заключаются в том, чтобы повысить знание журналистов про культуру памяти, расширить кругозор, помочь им вникнуть в специфику этой темы – показать, как можно раскрыть историческую тематику немного по-иному, без штампов и шаблонов.

И хотя основная тема поездки и курса была посвящена Второй мировой войне, нашей задачей было показать, что есть и другие темы культуры памяти. Нам хочется, чтобы журналисты осознали, что культура памяти – это феномен, который постоянно развивается. И  на это развитие влияют различные факторы, в том числе и сами журналисты.

Какая роль в этом немецко-белорусском диалоге об истории отводится журналистам?

– У журналистов очень ответственная роль. Понятно, что на научных экспертов, сотрудников мемориалов, историков возложены важные функции. Но именно журналисты транслируют обществу определенное знание. Культура памяти – тема достаточно широкая. Не все понимают, что про это можно много написать. Поэтому журналистам необходимо иметь возможность по-разному смотреть на одно и тоже событие, показывать новые точки зрения, рассказывать об еще никому неизвестных именах...

Как разрабатывалась программа поездки? Что особенно важно было показать гостям?

–  Программу мы разрабатывали совместно с доктором Эдит Шпильхаген. Мы включили самые знаковые  и важные для немецкого самосознания места в Берлине. Например, мемориал убитым евреям Европы, создание которого очень волновало людей. И это показывает нам, какие дискуссии, связанные с культурой памяти, могут возникать в обществе.

В программу вошли места с двойной историей. Например, мемориал «Заксенхаузен», где поначалу был фашистский концлагерь, а затем советский спецлагерь. Германо-Российский музей «Берлин-Карлсхорст», где был подписан акт о капитуляции Германии в мае 1945-го.  Сейчас это музей, я бы сказала, с концепцией диалога. Здесь смотрят на одно событие с разных сторон: в одном зале упор делается на события в Германии, а в другом – Советского Союза. На данный момент это единственное двустороннее учреждение, которое курирует Федеративная Республика Германия и Российская Федерация.

Нам было важно включить в программу встречи с людьми, которые могут рассказать личную историю. Мы были в бывшей тюрьме службы госбезопасности ГДР, где экскурсия строится таким образом: бывшие заключенные рассказывают о своем пребывании здесь.

Вообще в Берлине хорошо видны следы прошлого. В самом городе можно увидеть разные грани истории, а также наше отношения к ней.

Фото: ММОЦ им. Й. Рау

В процессе работы над программой не было ли опасений, что немецкие эксперты получат от белорусских журналистов неудобные опросы? Ведь согласитесь, психология победителей и побежденных никуда не исчезла…

– Обычно эксперты легко идут на контакт. Мы еще ни разу не получали отказ. В программу, к примеру, была включена встреча с представителем семьи, где было несколько нацистских преступников. Но в этом и есть возможность для совместного диалога.

Порой кажется, что тема культуры памяти уже порядком набила оскомину. В Германии подобные журналистские материалы сегодня в мейнстриме?

–  На мой взгляд, да. Историческая тематика весьма популярна. Люди хотят видеть, что находится рядом с ними и какая история у этих мест.

Но стоит отметить, что в Германии понятие «культура памяти» тесно связано с понятием «преодоление прошлого». Речь идет о конфронтации или дискуссии про преступления, которые немцы совершили во время Второй мировой.

Хотя эта тема не всегда была в мейнстриме. Немецкое общество и политики достаточно долго молчали…  

– И что поспособствовало тому, чтобы тема стала популярной?

Это был длинный процесс, многое было сделано. После войны о прошлом думали мало. Солдаты, которые возвращались домой, не говорили о войне. Так получилось, что немалое количество людей с нацистским прошлым были вовлечены в создание ФРГ.

Однако важные шаги именно в ФРГ по «преодолению прошлого» сделаны были. В 1958-м началась деятельность центрального учреждения, которое собирало материалы и свидетельства нацистских преступлений. В 1960-х годах состоялся судебный процесс против сотрудника гестапо, ответственного за уничтожение евреев, Адольфа Эйхмана. Прошли студенческие протесты. Особым событием стало коленопреклонение канцлера ФРГ Вилли Брандта на территории бывшего Варшавского гетто. В 1980-е годы началось создание исторических мастерских. А в 1985 году федеральный президент Германии Рихард фон Вайцзеккер заявил о том, что 8 мая для Германии это день освобождения от нацизма. В ГДР процесс был несколько другим, там особых дискуссий не было.

С объединением Германии начались другие процессы – например, нужно было выработать новые концепции для мемориальных комплексов на территории бывшей ГДР. Развернулась большая дискуссия про отношение национал-социализма и сталинизма. Спорили про выставку, которая показала преступления вермахта. Появился памятник убитым евреям Европы, которому предшествовала большая общественная дискуссия...

На популяризацию этой тематики влияли и СМИ. В 1978 году на экраны вышел американский сериал «Холокост». В  Германии он показал обществу всю картину Второй мировой войны на Востоке. Этот фильм очень повлиял на волну мейнстрима. Ну а в середине 1990-х на Втором канале появился Гидо Кнопп – историк и писатель. Его программы, посвященные в том числе и нацистскому режиму, – это, конечно, не самый суперинтеллектуальный уровень обсуждения темы войны и исторических фактов. Но все-таки то, что он появлялся на экранах в прайм-тайм, сильно влияло на интерес общества к событиям прошлого.

Фото: А. Шафелюк

– В чем, на ваш взгляд, разница между освещением культуры памяти журналистами в Беларуси и Германии?

Очень сложно сравнивать эти две страны, поскольку во время войны у них были совершенно разные роли, а после – разные пути развития. Кроме того, у журналистов в Беларуси и Германии разные условия для работы.

В Беларуси журналисты делают много интересных материалов, но, на мой взгляд, белорусским авторам часто сложно отступить от давно существующих шаблонов. Кажется, что все очень просто: есть белое и черное, было вот так и никак иначе. Я прочитала много белорусской прессы, писавшей о лагере смерти Тростенец, и почти везде было написано одно и то же. Повторяются те же самые сведения о лагере, хотя по этой теме можно сказать гораздо больше. Есть, конечно, исключения, но их пока мало. 

Также в Беларуси Вторая мировая война часто описывается через героев. В СМИ, да и в музеях, видны какие-то недосягаемые персоны, а не люди. Но ведь за каждым подвигом стояла личность – обычный человек из крови и плоти…

Мне лично немного не хватает такого подхода: подумать о том, почему мы рассказываем об истории в таком ключе, зачем обществу нужен именно такой рассказ о войне? Разумеется, я не имею в виду то, что теперь стоит переписать историю...

В Германии я часто вижу обсуждение вопросов «кто мы такие?». Возможно,  такая рефлексия об истории в настоящем может пригодиться и Беларуси. Писать про культуру памяти – это, прежде всего, думать о том, как мы сегодня освещаем события прошлого.

Фото: ММОЦ им. Й. Рау

Получается, в Германии не бояться показывать разные грани своей истории – в том числе и кровавой…

– В Германии долго к этому шли. И этот процесс еще не окончен. В начале 2000-х появился фонд «Память, ответственность и будущее», который выплачивал жертвам нацизма (прежде всего в Восточной Европе) денежные компенсации. И все равно тема жертв войны в Советском Союзе недостаточно отражается в дискурсе современной прессы. Кажется, что все было очень давно. Но все это до сих пор влияет на наше восприятие. И когда встречаются представители двух стран, прошлое фоном всегда где-то есть.

В итоге, какими вы ожидаете увидеть выпускников школы журналистики ММОЦ?

– Мы надеемся, что  журналисты, которые побывали в Берлине и прошли образовательный курс в школе журналистики ММОЦ,  будут больше читать, интересоваться, искать. Найдут время копнуть глубже. По своему опыту могу сказать: когда занимаешься исторической тематикой, то, чем больше изучаешь, тем больше понимаешь, как мало знаешь.

Тема культуры памяти не требует штампов. Нужно быть готовым отступить от проделанного пути. Правда, мне кажется, что эта не та тема, которая может быстро привести к успеху и высокой зарплате.

Необходимо понять, что культура памяти это то, что создаем мы сами. И на журналистах лежит большая ответственность. Ведь то, что они пишут сегодня, влияет на мировоззрение людей и может остаться в их сознании надолго.

Анна Шафелюк специально для Mediakritika.by

Оценить материал:
5
Средняя: 5 (1 оценка)
распечатать Обсудить в: