ОБ АВТОРЕ

Журналист, обозреватель, специалист в области Public Relations.

Окончил биофак БГУ. Карьеру журналиста начал в 1995 году в журнале «Дело». Cотрудничал с «Белорусской деловой газетой» до ее закрытия, газетой «Московский комсомолец в Белоруссии», «Бизнес-леди», «Финансовый директор», «Детективной газетой», порталом BEL.BIZ, информационным агетством «Интерфакс».

Был собкором в Беларуси российского информагентства Stringer. Занимал должность заместителя директора радиостанции «Сталіца».

Работал PR-менеджером в «Международной финансовой корпорации» (IFC).

С весны 2010 года – собственный корреспондент в Беларуси российского федерального издания «Газета.Ru».

С января 2013 года – снова работает в БДГ (теперь под брендом «БДГ Деловая газета»).

Вы здесь

«Журналистика данных» и ее ловушки

В фокусе

«Журналистика данных», давно распространившаяся на Западе, пока не получила такого же признания в странах бывшего СССР. Причин тому несколько, главные из них – неумение отечественных журналистов работать с «сырыми» цифрами и чрезмерная закрытость как государственных ведомств, так и частного бизнеса. Однако есть и другая опасность – редакция или автор, увлекшись технологиями «журналистики данных», могут невольно исказить реальную картину. Такое происходит, когда данные рассматриваются в отрыве от контекста, к которому они относятся.

«Советские журналисты, воспитанные в духе коммунистической партийности, активно участвуют в общественно-политической и культурной жизни страны, осуществлении решений XXIV съезда КПСС. Партия высоко ценит вклад советских журналистов в строительство коммунизма, видит в них своих надежных помощников» (с) Константин Черненко, «Справочник партийного работника». Я не случайно вынес эту цитату в начало. Во времена СССР журналистика рассматривалась как некая смесь литературного творчества и госпропаганды. Классикой жанра считались очерки Василия Пескова, в самом деле бесподобные – на сборнике «Отечество» выросло не одно поколение журналистов.

Советской журналистике в числе прочего придавались такие функции, как воспитательная и пропагандистская, а вот «копание в цифрах», наоборот, не поощрялось – это дело Госстата, чтобы воспевать строительство коммунизма, цифры не нужны. А свежие данные по росту безработицы в США и закрытии шахт в Великобритании всегда можно было получить в местном райкоме партии.

К сожалению, подобный подход перекочевал и на журфак БГУ постсоветской Беларуси: там учат писать, но не работать с данными. Спрашиваешь выпускника журфака: «Статистику изучали?» – «Нет» – «Математический анализ изучали?» – «Нет» – «Экономику изучали?» – «Проходили, но я ничего не помню» (реальная беседа с одним из постоянных авторов «Медиакритики»). В результате мы получаем журналистов, которые могут блестяще описать горемыканья многодетной семьи, которой райисполком никак не выделит положенное жилье. Но тот же журналист будет путать понятия «прибыль» и «выручка», и никогда в жизни не объяснит, чем проценты отличаются от процентных пунктов.

Печально, но в результате для него оказывается закрыт целый огромный пласт журналистики – то, что на Западе называется data journalism, а по-русски – «журналистика данных».

 

Приблизить цифры к людям

Согласно наиболее распространенному определению, «журналистика данных» – жанр журналистики, использующий для предоставления информации открытые данные и другие общедоступные данные. Данные могут касаться абсолютно любой сферы жизни: экономика, политика, наука, образование и многое другое. Это может быть информация о росте инфляции или государственного долга за определенный промежуток времени, статистика совершаемых преступлений в том или ином регионе, процент поступивших в вузы или среднегодовое изменение русла реки. К данным добавляются традиционные для журналистского арсенала средства: печатный текст, фотографии и тому подобное. Таким образом, сложные для восприятия в своем обычном виде данные, цифры и факты становятся понятными и простыми для аудитории.

«Представление о том, что читатель – дурак, иногда бывает полезным. В том смысле, что читатель не должен трудиться, когда он читает газету. Каким бы умным и сложным ни было то, что ты пишешь, оно должно быть представлено в максимально легкой для восприятия форме», – говорит Максим Ковальский, в 1999-2011 годах – главный редактор журнала «Коммерсантъ-Власть».

Именно по той причине, что задача журналистики данных – «сделать цифры понятными», чаще всего результат работы журналиста иллюстрируется с использованием инфографики. Более того, сам по себе журналистский материал  может быть представлен в виде интерактивной инфографики. И тогда это уже не публикация в СМИ, это нечто иное. Вот пример подобной – именно журналистской – работы.

Итак, в основе журналистики данных лежат цифры: материал строится не вокруг новостного повода, а вокруг статистики, цифр, сводок, отчетов и прочей справочной информации. Хотя, конечно, очень во многих случаях инфоповод все равно нужен. Например, когда в конце года принимается госбюджет, это хороший повод покопаться в цифрах государственных доходов и расходов. А вот в июле вы вряд ли кого-то заинтересуете анализом госбюджета.

Важно понимать, что в журналистике данных текст – это не основной инструмент, а вспомогательный. Соответственно, меняется и форма подачи материалов. Цифровую информацию достаточно сложно сделать эмоциональной, но при этом она может быть намного более наглядной. И тут уже многое зависит от таланта автора инфографики: благодаря его усилиям один список или одна картинка, один график могут быть куда более наглядными чем тысячи слов.

Я не случайно упомянул что пока о журналистике данных как о полноценном жанре можно говорить только в Европе и США – именно там она получила большое распространение и признание. Дело в том, что data journalism как явление – во многом порождение открытого общества, в котором ни государственные ведомства, ни бизнес-структуры не стараются засекретить все и вся, где не привыкли задавать знаменитый советский вопрос: «А вы с какой целью интересуетесь?».

Там, где журналисты имеют доступ к большим объемам «сырых» статистических и иных данных, собственно, и зарождается журналистика данных. Когда журналист владеет хотя бы основными навыками статистического анализа, цифры начинают говорить сами за себя, рассказывать историю. Государственные контракты, бюджет, региональная статистика, биржевые индикаторы – между всем этим всегда существует взаимосвязь, не очевидная, но порой очень значимая.

Например, в США журналистика данных как самостоятельный жанр зародилась в годы войны во Вьетнаме. Тогда (во многом на волне антивоенных настроений) американские журналисты начали глубоко копаться в бюджете Пентагона, обнаруживая несоответствие заявленного бюджета и расходов по госзакупкам. Позднее такая практика распространилась и на другие государственные ведомства. Со временем в Штатах появилось множество организаций и фондов, которые финансируют проекты в сфере data journalism, и подобный подход стал нормальной частью журналистской деятельности.

Тут интересен еще один момент. Немалый вклад в развитие журналистики данных в США внесли… уфологи и приверженцы разнообразных «теорий заговора». Первые буквально перелопатили бюджет оборонного ведомства и прочих федеральных служб в поисках скрытых статей финансирования, связанных с исследованием инопланетян и постройкой всякой техники на основе инопланетных технологий. Инопланетян не нашли, зато отыскалось много всего интересного вполне земного происхождения.

То же самое – и сторонники теорий заговора. Это они искали скрытые финансовые рычаги Бильдельбергского клуба и каналы финансирования рептилоидов в правительстве США, а в итоге выявили корпоративные мошенничества, что стало причиной одного из самых громких банкротств (https://ru.wikipedia.org/wiki/Enron) в американской истории.

Однако сегодня журналистика данных в США и Европе развивается немного по иному пути. Приоритет делается на решение социальных проблем, для чего, например, используются данные переписи населения. Специальный сервис позволяет щелкнуть мышью на любой район определенного города, чтобы получить информацию по этническому составу, рождаемости и смертности в разные годы.

 

Ловушки журналистики данных

Расцвет журналистики данных в тех же США и Европе уже к началу 1990-х сделал очень острой проблему непредвзятости: результаты анализа даже самой надежной статистики и самых качественных исследований могут быть ошибочно интерпретированы или искажены, когда дело доходит до выводов и рекомендаций. Более того, даже сам по себе подбор исходных данных для журналистского исследования оказывается не нейтральным по умолчанию процессом, поскольку требует явных редакционных решений. То есть в журналистике данных всегда надо проводить четкую границу между анализом и мнениями. Например, в газете The New York Times этим занимается специальный человек – редактор по стандартам Филип Корбетт.

В свою очередь, профессиональное издание «Мы и Жо» приводит мнение редактора блога о журналистике данных Ampp3d Мартин Белам, который настаивает на необходимости как представлять точные данные, так и давать им интерпретацию, которая не обязательно должна быть нейтральной – она может делаться «с чувством, как человеческая история».

Для повышения «внешней» достоверности журналистики данных такие сайты, как ProPublica и другие ему подобные, всегда приводят ссылки на источники исходных данных, чтобы читатели могли сами оценить их качество. С другой стороны, многим «журналистам цифр» удалось преуспеть именно потому, что аудитории была интересна именно их интерпретация статистики. В итоге получается, что журналистика данных усиливает привычные редакционные стандарты: аудитория ждет от нее одновременно прозрачности источников данных, более разговорного тона и качественных, сильных выводов.

Но вот с выводами бывают проблемы. Особенно в условиях закрытости для общества решений государственных и муниципальных структур. Я сам когда-то долгое время как экономический обозреватель освещал ситуацию на рынке недвижимости Минска. И однажды, где-то в 2004 году, анализируя квартирный рынок Фрунзенского района, пришел к выводу о полной бесперспективности Кунцевщины. Я оперировал цифрами – предложениями по разным типам квартир и домов, привязывал эти данные к карте города и новостройкам, и т.д. Но я тогда и понятия не имел, что архитекторы «Минскпроекта» уже приступили к проектированию района «Каменная Горка». И что уже с 2008 года ситуация с квартирами там в корне изменится.

Именно по той причине, что интерпретировать полученные данные следует особенно тщательно, обычно в штате крупнейших международных деловых газет, вроде Financial Times, нет ни одного человека, чья должность звучала бы как «журналист по работе с данными». Над проектами, связанными с обработкой больших массивов информации, работают сборные коллективы. Обычно в рабочую группу входят специальный корреспондент, знакомый с изучаемой проблемой, пишущий журналист, специалист по интерактивной графике, дизайнер, а иногда и программист. Такие рабочие группы плотно взаимодействуют со службой новостей, чтобы их члены были в курсе оперативных событий.

 

Пара цитат

Здесь будет вполне уместно привести несколько цитат журналистов, работающих в сфере журналистики данных в России.

 

Иван Бегтин, директор некоммерческого партнерства «Информационная культура»:

- Иногда журналистика данных – это журналистика без журналистики в традиционном понимании этого слова. Начало развития журналистики данных в России стало следствием тенденции к открытости данных, в первую очередь – государственных. Следующим шагом со стороны государства должно стать представление данных не просто в открытом доступе, но и в удобном для обработки виде. Когда какой-то бюджет доступен просто на бумажке – это одна история, а когда хотя бы в Excel-файле, и его можно загрузить, проанализировать, построить самостоятельный график – совсем другая. В данном случае речь идет о совершенно другом качестве работы с информацией. Это все имеет ценность как для национальной экономики знаний, так и для жесткого общественного контроля.

 

Виталий Лейбин, главный редактор «Русского репортера»:

- В России вообще растет интерес к фактуре, к реальности, а не к «большим идеям», вынутым из головы, как шар. Проблема современного мира – это не недостаток данных, а их избыток. Умение их анализировать является одним из самых востребованных. Новый жанр открывает и новые возможности для изданий: иногда можно не бегать по полям, а просто внимательно анализировать, скажем, сайты госзакупок и прочие данные. Аудитории нужен журналист (или аналитик, или ученый), чтобы увидеть хоть что-то значимое посреди нарастающего шума информации.

 

Инструменты для журналистики данных

Медиа-специалист, желающий работать в сфере журналистики данных, должен уметь работать с целым рядом аналитических и технических инструментов: начиная с распространенных Excel, Google Docs и заканчивая более специфическими, вроде IBM ManyEyes, Wordle или Planning Tools от Google, или даже OfficeReports. Но, к сожалению, в Беларуси пока немногие журналисты имеют навыки работы с этими инструментами.

Wordle

Wordle – это сервис по созданию «карт текста». Пользователь загружает туда документ, а Wordle подсчитывает частоту упоминаемости слов и наглядно отображает их в виде инфографики.

IBM ManyEyes

IBM ManyEyes – это сервис визуализации данных в форме различных графиков, наложения их на карты (мира или США) и построения ряда редких и наглядных графиков вроде Bubble Chart. Вот хороший пример:

Document Cloud

Это созданный Thomson Reuters инструмент, позволяющий анализировать миллионы исходных документов с данными, находя в них неочевидные взаимосвязи.

Zemanta

Инструмент, использующий технологии semantic web. Полезен преде всего для блогеров и SEOшников.

Gapminder Desktop

Программа для визуализации статистической информации, использующая анимацию.

Tableau

Облегчает сбор, визуализацию и анализ любых данных, уменьшая трудоемкость аналитических процессов и экономя время. Tableau позволяет делать более точные выводы и прогнозы, не прибегая к сложным аналитическим инструментам, чтобы составить полноценные отчеты, визуализацию данных, интерактивное их отображение.

 

Проекты в сфере журналистики данных

The New York Times

Guardian Datablog

Financial Times

Open Data blog ZeitOnline

 

Каталоги открытых данных

OpenGovData.ru (Россия)

Data.gov (US)

Data.gov.uk (UK)

Worldbank, Data

Scraperwiki

Open Knowledge Foundation

 

Визуализация данных

Visual Complexity

Flowing Data

Well-formed Data

Information Aesthetics

Good Magazine

University of Amsterdam

A Beautiful WWW

Infografistas

Visual Editors

Cool Infographics

Datenjournalist. German blog on ddj

Оценить материал:
5
Средняя: 5 (1 оценка)
распечатать Обсудить в: