ОБ АВТОРЕ

Окончила факультет журналистики БГУ, Высшую школу журналистики им. М. Ваньковича в Варшаве.

Работала корреспондентом в "Газете Слонімскай", журналистом в онлайн-проекте Ximik.info, была автором и ведущим программы "Асабісты капітал" на телеканале "Белсат".

С 2010 года  координатор кампании ОО "Белорусская ассоциация журналистов" - "За якасную журналістыку".

Член Правления БАЖ.

Руководитель проекта Mediakritika.by

Вы здесь

«Рекомендую коллегам слушать людей и давать им говорить»

Интервью

Продюсер грузинского телеканала «Маэстро» Нино Гоголашвили вот уже третий год ведет уникальный телевизионный проект «Одна минута». Герои ее минутных роликов – простые жители Грузии, которые получают шанс во всеуслышание заявить о своих проблемах, поделиться своими мыслями и чувствами, попросить помощи или сказать «спасибо».

Каждую неделю на «Маэстро» выходят по десять новых роликов, и поток желающих высказаться с помощью волшебной силы телевидения не иссякает.

Mediakritika.by поговорила с Нино Гоголашвили о том, как родился проект «Одна минута», почему он пользуется популярностью и как грузинские власти реагируют на эту своеобразную Книгу жалоб и предложений.

Нино, расскажи, как родилась идея «Одной минуты»? Зачем и для кого вы ее делаете?

В разные ток-шоу приглашают политиков, селебритиз, чья точка зрения всем известна. Обычные люди не менее интересны, но у них обычно нет доступа к медиа, их никто не слышит. Потому проект «Одна минута» создавался для таких людей, чтобы их голоса были услышаны. В Грузии сейчас очень много социальных проблем. И мы посчитали нужным дать людям высказаться о наболевшем.

Мы хотим разбить стереотипы. И я думаю, что у нас получается. В том  числе, и потому, что мы очень активны. И часто если видим, что есть какая-то серьезная проблема, например, насилие над женщинами, сразу делаем целый цикл роликов на эту тему.

Журналистам хорошо известно, что люди бывают разные. Кто-то, кто обращается к вам, может быть просто не совсем здоров, кто-то ищет сцену и хочет свою «минуту славы». Как вы решаете, кому давать эфир, а кому – нет?

У нас нет цензуры. И самые сумасшедшие идеи тоже имеют право на существование. Единственное наше требование – никакого языка ненависти, никаких призывов к вражде. Все остальные идеи и мнения имеют право быть услышанными. Если человеку есть, что сказать и он хочет это сделать, мы даем ему такое право.

И какой процент записанных роликов в итоге не идет в эфир?

Не могу вспомнить таких людей. Все, что мы пишем, на 100% идет в эфир. Понятно, что каждый ролик мы монтируем, но не меняем смысл сказанного, лишь чистим запись от повторов, пауз и т.д. Конечно, мы заранее знаем, о чем люди хотят сказать. Общаемся с ними по телефону, либо в социальных сетях. Так что, мы всегда в курсе темы разговора. И заранее готовим им три вопроса по теме, которые бы хотели им задать.

Очень важно, что на нашем телеканале есть воля менеджеров, которые хотят, чтобы проект «Одна минута» существовал, несмотря на то, что люди всегда критикуют власть.

О каких проблемах люди чаще всего говорят?

Люди говорят о социальных проблемах. Это может быть прямая критика правительства. В деревнях и селах говорят о том, что не хватает пенсий, что плохие дороги, что экология ухудшается. Очень разные темы поднимают.

Как по твоему, почему люди не боятся озвучивать эти проблемы и критиковать власть?

Грузию на постсоветском пространстве отличает то, что у нас есть реальная свобода слова. И люди могут спокойно критиковать власти. И наша передача помогает им решать таким образом проблемы людей. Эти ролики – сигнал правительству, где и что надо исправлять.

Вы как-то отслеживаете те проблемы, о которых говорят ваши герои?

Да, почти всегда. Например, у нас была одна девушка, которая говорила о том, что в их регионе есть проблема с учителями. Она призывала волонтеров из Тбилиси помочь им обучить детей английскому языку. И после выхода ее сюжета туда отправились много волонтеров. И таких примеров у нас множество.

И такие истории рождают доверие к нам людей. Они обращаются к нам даже с самыми маленькими проблемами, и мы всегда готовы дать им эфир.

А нет ощущения, что ваша программа подменяет собой целую кучу разных служб – дорожников, дворников и прочих. Такой колл-центр на телевидении?

Да, есть такой момент. Но мы не можем позволить себе не оправдать доверие людей. И даже самая маленькая проблема для нас – проблема. И мы реально хотим, чтобы людям помогли.

Ваши герои говорят только о проблемах?

Нет, не только. Есть много людей, которые обращаются к грузинам и призывают их чаще улыбаться. Не быть хмурыми.

Вы выходите в эфир уже несколько лет. Могу предположить, что для властей на государственном и региональном уровне «Одна минута» - вечная заноза. Никогда не было давления на вас?

Нет, никогда. В Грузии тебе напрямую никто звонить не станет. Единственное, что может случиться, когда менеджмент решит, что такая передача не нужна. Но у нас сама идея «Одной минуты» исходила от владелицы телеканала. Она ее ярая поклонница. И тут совпали интересы менеджмента и журналистов, в результате мы получили абсолютно свободную среду для работы.

У вас есть очередь из желающих высказаться? Не боитесь, что однажды этот поток иссякнет?

Не иссякнет, никогда. Мы третий год делаем программу, а актуальные темы никогда не заканчиваются. Уверена, что передача наша будет жить столько, сколько будут жить проблемы. А они есть всегда. Власти меняются, а проблемы всегда остаются.

Работа над подобными проектами – тяжелый эмоциональный труд. Как тебе удается сохранять душевное равновесие?

Да, бывают очень тяжелые истории. Однажды мы работали в тюрьме. И это было очень непросто, выслушивать истории людей, которые годами сидят в замкнутом пространстве. Помню, одна из наших героинь, сбившая человека, обращалась к его родителям. Она просила прощения. И это было очень эмоционально. Другая – просила людей отказаться от стереотипов и не смотреть на тех, кто вышел из тюрьмы, как на вечных преступников, давать им шанс возвратиться к нормальной жизни.

Слушай, 10 человек в неделю, 10 минут, с точки зрения рекламного отдела их же наверняка можно было удачно «продать», тем же политикам, которые использовали бы их в своих целях…

Ты удивишься, но эта программа очень хорошо продается. Рекламодатели жаждут быть в эфирной сетке с ней. Потому что ее смотрят, она очень хорошо сделана, многие компании хотят быть ее спонсорами.

За что ты любишь свой проект?

Потому что это встречи с людьми. Потому что каждый из этих людей мне очень интересен. Потому что мы говорим об их конкретных проблемах, об их взглядах, об их идеях. Политики все умеют где-то перегнуть, где-то сманипулировать, где-то ответить на те вопросы, которые  им удобны, они умеют хорошо уворачиваться от вопросов. А люди – они настоящие. И то, что они говорят, они говорят искренне, от души. И их всегда интересно слушать. Я всем коллегам рекомендую слушать людей и давать им говорить. По большому счету их голоса зависят от нас, журналистов.

Наверняка, за годы создания передачи у тебя появились свои любимые герои?

Да, конечно. Мои любимые видео обычно из высокогорных деревень. Там ты можешь встретить идущего по дороге человека, который расскажет тебе, что больше всего его волнуют не какие-то личные проблемы, а мир во всем мире. И он искренне будет обращаться к тем, кто может хоть что-то сделать, чтобы они остановили вражду между людьми. Но, конечно, есть и конкретные проблемы, которые волнуют грузин. Меня очень впечатлила бабушка из Сванетии, которая очень расстроена тем, что в ее городе перекрасили старые здания, которые, по ее мнению, просто изуродовали. Эта бабушка очень переживает, что люди не смогут теперь оценить по достоинству красоту ее города. Очень много таких историй…

У вас есть какой-то возрастной ценз? С какого возраста можно выступить в вашей передаче?

Такого нет. Была у нас героиня – маленькая глухая девочка, которая обращалась к телевидению, чтобы мультфильмы, которые она смотрит, сделали с сурдопереводом. И, кстати, очень многие телеканалы после этого, стали делать сурдоперевод.

История про девочку прекрасная, но у меня лично создается ощущение, что это часть какой-то социальной кампании. Нет угрозы того, что вас таким образом могут использовать для достижения своих скрытых целей НГО, политические движения, партии?

Обычно мы работаем напрямую с людьми. И, конечно, проверяем их истории. Мы точно не переходим грань и никогда не делаем скрытую рекламу. Если это реклама – обращайтесь в рекламный отдел.

Нино, ты когда-нибудь думала, если бы у тебя была эта минута, что бы ты сказала?

Конечно, думала. Но на самом деле в этих видео других людей есть и частичка меня. Они говорят и от моего имени тоже.

Оценить материал:
5
Средняя: 5 (1 оценка)
распечатать Обсудить в: