Вы здесь

Между общественной важностью и хайпом. Зачем нам знать имя 11-месячной девочки, заражённой ВИЧ

Для хорошей истории важны личные детали, а анонимная история всегда воспринимается хуже, чем та, в которой есть имена и фотографии героев.

Это прописные истины, с которыми на практике всё очень непросто, потому что в погоне за красочностью и образностью материала очень легко сделать сомнительный этический выбор.

 

Имя и фамилия младенца с ВИЧ

Взять, к примеру, историю о том, как у 11-месячной девочки в Пинске обнаружили ВИЧ, хотя все остальные члены семьи ВИЧ-отрицательны.

Тема сложная и щекотливая: ВИЧ – это стигма, медикам разглашать данные о диагнозе третьего лица запрещено, а самостоятельно девочка не может ещё принять решение, хочет ли она, чтобы её историю болезни во всех подробностях печатали в СМИ. За неё решают родители и журналисты.

Что мы имеем в результате? В свободном доступе появились фамилия, имя и отчество девочки, имена её родителей, фотографии всей семьи и фотографии самой девочки.

Фото: Станислав Коршунов, TUT.BY

Впрочем, лицо девочки на фотографиях заблюрили, но на фоне разглашения имени и фамилии это действие выглядит абсурдно.

Такие истории всегда вызывают много вопросов. Как нащупать грань между подачей общественно важной информации и макованием подробностей? Стоит ли опубличивать данные о детских диагнозах, если этого хотят родители? Есть ли вообще разница между опубличиванием ради сбора денег на лечение и ради статьи о поиске виноватых?

Но как ни крути, важную роль тут играет потенциальная польза для  самого ребёнка. Когда СМИ пишут о детях с СМА или публикуют призывы пожертвовать на лечение ребёнка с лейкемией, здесь очевидна польза от разглашения личных данных.

Когда речь идет о борьбе за жизнь ребенка, почти все средства будут хороши. Когда речь о том, что успешный денежный сбор продлит ребёнку жизнь и/или существенно улучшит её качество, разглашение личной информации можно легко объяснить.

Но зачем рассказывать, как зовут маленькую девочку, которую предположительно заразили ВИЧ в больнице? Кажется, это не та история, в которой надо давить на жалость и надеяться, что личные подробности заставят читателей перевести более крупную сумму на счёт. От читателей вообще ничего не требуется! Их (нас) просто информируют, что произошло вот такое событие, и уполномоченные службы выполняют в связи с этим определённые действия.

Фото: Станислав Коршунов, TUT.BY

 

Заблюренные глаза

Эта ситуация, конечно, не уникальна. Историю о первой в Беларуси госпитализации с подозрением на коронавирус  проиллюстрировали портретом девушки, взятым на её личной странице Вконтакте.

Заблюрили при этом только глаза, что выглядело как издевательство – обычные тёмные очки лучше скрывают лицо, чем лёгкое размытие в  области глаз. В статье также указаны имя и фамилия пациентки, её возраст и место учёбы.

Похожим образом обошлись и с личными данными её друга, с чьей страницы в социальной сети, собственно, и взяли информацию. На его портрете также заблюрены только глаза, и в материале указаны его имя и фамилия.

И это выглядит нелепо. Как неправдоподобная попытка сделать вид, что редакция подумала об этической стороне вопроса. Вот честное слово, лучше б уже никак не заблюривали лица, чем так. По сути это имитация этичности.

Фото: mosmedpreparaty.ru

Меня как читательницу хотят обмануть: если я возмущусь неэтичностью публикации, меня тыкнут носом в эти фотографии: «Вот, мол, мы скрыли лица». Ну, а тот факт, что не скрыли, а слегка размыли, и не всё лицо, а лишь малую его часть, так это мелочи, к которым не стоит придираться.

 

Что с этим всем делать

Гениальных и суперсложных решений здесь нет – можно просто думать и просчитывать соотношение пользы и вреда. Есть ли хоть какой-то смысл в разглашении личных данных, кроме «класс, так более живо смотрится»?

И, как бы ни хотелось упрощать свою жизнь, но за собственные профессиональные решения брать ответственность только нам. То, что родители готовы отсканировать всю медкарту ребёнка и приложить её к публикации – не всегда весомый аргумент. При подготовке материала, то, какая информация войдёт в текст, а какая – нет, решают журналисты.

Бороться со стигматизацией – дело очень хорошее, но это дело людей, способных самостоятельно принимать решения. Делать это за счёт 11-месячной девочки, которая никак не может повлиять на ситуацию, очень нечестно. Жить с последствиями не нам с вами, а ей.  И вряд ли хорошие охваты того стоят.

Наста ЗАХАРЕВИЧ специально для Mediakritika.by

Оценить материал:
1
Средняя: 1 (1 оценка)
распечатать Обсудить в: